Источник: The Gospel Coalition

Каждую неделю мы рассаживались на пластиковых стульях вокруг раскладного стола. Открывали Библии, читали отрывок вслух, разглядывали плакаты с библейскими иллюстрациями и заполняли красочные печатные рабочие тетради, пока мистер Миксон вел урок. Если удавалось ответить на его вопросы, нам иногда перепадали конфеты. Помню, как в начальных классах мы всем уроком перечисляли книги Библии по порядку. А дома отец научил меня напевать этот список на мотив двух старых гимнов. В летней библейской школе мы по первым фортепианным аккордам безошибочно понимали, когда нужно «встать», а когда «сесть». А еще я живо помню, как мы с мамой и миссис Эдвиной зубрили стихи и тренировались на скорость находить места Писания перед конкурсами библейской эрудиции.

Именно так выглядело детское служение в 1980-х и 1990-х годах в церквях Южной баптистской конвенции, где я вырос. Если ваше детство пришлось на те же годы и те же края, у вас, скорее всего, остались похожие воспоминания. Но если вы выросли в других местах, принадлежите к иной деноминационной традиции или на десяток-другой лет старше или моложе меня, ваш опыт наверняка был иным.

Кто-то вспоминает фланелеграф, кто-то — обучающие видеокассеты. Одни ходили на занятия по катехизису, другие посреди недели посещали кружки наподобие скаутских, а третьи прислуживали у алтаря. Когда растешь в церкви, легко решить, будто все так живут и это общее правило. Однако модели детского служения и учебные программы в разных общинах заметно различаются. К тому же под влиянием сменяющих друг друга культурных и педагогических веяний они постоянно менялись и во времени.

Скотти Мэй, почетный профессор христианского воспитания и служения Уитонского колледжа, в своем исследовании выделяет три ключевых этапа развития американского детского служения. И хотя ее работа напрямую не сосредоточена на учебных материалах, нетрудно заметить, как каждый из этих этапов отразился на готовых программах уроков, по которым дети в евангельских воскресных школах занимаются каждые выходные.

Давайте рассмотрим каждую из выделенных Мэй эпох и проследим их влияние на евангельские воскресные школы в целом, а затем и на уроки, преподаваемые в реформатских церквях. Этот экскурс покажет, что будущее библейских программ для детей не только охватывает весь мир, но и глубоко укоренено в историческом наследии церкви.

Три этапа развития детского служения

1. Служение детям: от промышленной революции до 1965 года

Движение воскресных школ зародилось в XVIII веке благодаря усилиям британских филантропов — таких как Роберт Рейкс (1735–1811), стремившийся научить детей из бедных семей читать Священное Писание и повторять катехизис из «Книги общих молитв».

Когда Закон об образовании 1870 года открыл широкий доступ к начальному образованию в Англии (а законы последующих десятилетий сделали его обязательным и бесплатным), внецерковные воскресные школы в своем первоначальном виде постепенно превратились в привычные нам приходские воскресные школы для детей и взрослых. Но как бы ни менялась воскресная школа, ее главная цель того периода оставалась незыблемой — это было ученичество через прямое наставление и передачу знаний.

Консервативные протестанты всегда подчеркивали абсолютный, непреходящий характер истины, явленной Богом в Его Слове, и авторитет Библии как главного источника всякого научения (2 Тим. 3:16–17). Следуя этой традиции, американские евангельские христиане всегда тяготели к программам ученичества с упором на глубокое знание содержания — таким как программы клубов Awana по изучению и запоминанию стихов Писания наизусть, которые стартовали в Северном Чикаго в 1950 году.

Детей нередко воспринимали как губки или пустые сосуды, в которые учитель — непререкаемый авторитет в классе — вкладывает знания.

«Пока дети малы, мы стремимся до краев наполнить их истиной, чтобы, если такого ребенка хорошенько встряхнуть, из него полилась одна Библия».
— Джей Ди Грир

Пожалуй, ни один американский церковный лидер не добился в этой наставительной модели такого ошеломительного успеха, как Генриетта Мирс (1890–1963). В 1928 году Мирс переехала в Лос-Анджелес, возглавив образовательное служение Первой пресвитерианской церкви Голливуда. Под ее руководством воскресная школа выросла с 450 до более чем 4 000 детей и взрослых, собиравшихся каждое воскресенье. Позже Мирс основала издательство Gospel Light Publications и написала знаменитый библейский справочник «О чем говорит Библия».

Помимо классической наставительной педагогики и ривайвелистского кесвикского богословия, на Мирс сильно повлияло набиравшее тогда силу движение научной организации труда и оптимизации («эффективности»). В результате она четко разделила программу воскресной школы по возрастам, чтобы выстроить сквозную последовательность обучения и извлечь максимум пользы для каждого этапа жизни — от колыбели до седин.

Влияние ее повозрастной модели христианского образования ощущается в пособиях для евангельских воскресных школ и по сей день. И хотя Мирс твердо стояла на том, что главное призвание воскресной школы — наставлять в библейском знании, созданная ею поэтапная система во многом предвосхитила современную теорию возрастного развития.

2. Служение для детей: 1965–1990 годы

В 1933 году детский психолог немецкого происхождения Эрик Эриксон (1902–1994) перебрался в Бостон: его пригласили преподавать в Гарвардскую медицинскую школу, параллельно он вел частную практику по детскому психоанализу. По мере роста признания он вошел в профессорско-преподавательский состав Йеля, Калифорнийского университета в Беркли, а затем и Питтсбургского университета.

Какое отношение Эриксон имеет к воскресным школам? Куда большее, чем кажется на первый взгляд. Он выпустил книги, оказавшие колоссальное влияние: «Детство и общество» (1950) и «Молодой Лютер» (1958) — психоаналитическое исследование личности реформатора. В этих трудах он переосмыслил фрейдовские теории развития в категориях, близких библейскому языку, описав стадии взросления через такие понятия, как «доверие», «вина», «стыд» и «мудрость». Позже пионер детского телевидения Фред Роджерс и популярный педиатр и психолог Бенджамин Спок (с ними Эриксон сотрудничал в детском центре «Арсенал» (Arsenal Nursery School) в Питтсбурге) сделали эриксоновский подход к возрастному развитию достоянием широкой публики.

В 1960-х годах, когда детские телепередачи и возрастная психология вошли в каждый дом, христианские издательства подхватили царившую в культуре детоцентричность. Сначала они стали внимательнее учитывать возрастные особенности в учебных программах, преподавая библейские истины и прививая духовные привычки с учетом возраста и этапа развития.

Затем, под влиянием движения за рост церквей в 1970–1990-х годах, издатели сделали свои материалы более увлекательными и зрелищными, видя в детях участников, первооткрывателей и даже потребителей. В ту пору, перефразируя Сэма Люса, многие детские служения все меньше походили на глубокого воспитателя Фреда Роджерса и все больше напоминали шоумена Уолта Диснея.

Конечно, было бы преувеличением утверждать, что учителя воскресных школ того времени только и делали, что развлекали детей. Однако медиа-ориентированные и развлекательные программы, созданные церквями, ориентированными на ищущих («seeker-sensitive»), побуждали учителей задаваться вопросами вроде: «Делаем ли мы то, что по-настоящему нравится детям?» или «Назвал бы ребенок этот урок веселым?».

Цель, как объясняли Сью Миллер и Дэвид Стаал, заключалась в том, чтобы каждый мальчик или девочка, придя на воскресный библейский урок, подумали: «Это сделано для меня!». В лучшем своем проявлении этот подход создал обучающую среду, бережно выверенную под каждый возраст; в худшем — превратился в банальное развлечение маленьких потребителей.

Сравнительный анализ трех моделей

3. Служение вместе с детьми: с 1990 года по настоящее время

Ранние программы воскресных школ создавали христианские педагоги. На следующем этапе безраздельно властвовали психологи и миссиологи движения за рост церквей. Но в последнее время решающее влияние перешло к социологам. В 2003 году Джордж Барна (род. 1954) опубликовал ставший бестселлером труд «Превращая детей в духовных чемпионов». Опираясь на социологические данные, Барна справедливо доказывал: закладывать основы библейского мировоззрения необходимо с самых ранних лет.

«Новому поколению нужны не развлекательные уловки и не безупречно срежиссированные шоу, а здравое библейское учение (вера), верное пастырское наставление в навыках духовной жизни (становление) и любящая церковная община (принадлежность)».

Опора на «веру» стремится сохранить лучшее из эпохи «служения детям», а опора на «становление» берет лучшее из эпохи «служения для детей» — отбрасывая при этом зацикленность прошлых лет на сухой эффективности и развлечениях. Третья же опора — «принадлежность» — стала новым краеугольным камнем: церковная община возрастает вместе с детьми на их пути веры. Этот подход находит горячую поддержку среди двух групп христианских исследователей.

• Движение за семейное служение. Исследователи этого направления, такие как Тимоти Пол Джонс (Южная баптистская богословская семинария) и Кара Пауэлл (Семинария Фуллера), опираясь на Библию и социологию, неустанно подчеркивают решающую роль как церкви, так и домашнего очага в воспитании учеников Христа. Программа D6 и воскресная линейка Brite от Awana служат прекрасными примерами добрых плодов, принесенных издательствами благодаря этим принципам.
• Движение детской духовности. Исследователи детской духовности из евангельской среды — такие как Мими Л. Ларсон (Евангельская богословская семинария Троицы) и Роберт Кили (Университет Кальвина), — справедливо отмечают, какую важную роль сами дети могут играть в духовном возрастании взрослых во Христе. Такие методики служения, как Godly Play и «Катехизация Доброго Пастыря» (Catechesis of the Good Shepherd), возникшие в более традиционных и экуменических кругах, также зиждутся на ключевых идеях этого движения.

Влияние на реформатские церкви

Как эти три этапа повлияли на учебные материалы, по которым занимаются дети в реформатских церквях Америки?

• Служение детям (1980-е). Консервативное пресвитерианское издательство Great Commission Publications выпустило серию пособий «Покажи мне Иисуса!» (Show Me Jesus!). Эта программа, созданная при участии христианских педагогов Аллена Карри и Сьюзан Хант, стала образцом наставительного подхода «служения детям», гармонично вобравшим в себя ключевые идеи возрастной психологии.
• Служение для детей (1998 г. и позже). Большинство реформатских церквей так и не приняли развлекательный уклон этой эпохи. В 1998 году, когда влияние движения за рост церквей достигло пика, баптисты Дэвид и Салли Майкл основали проект Children Desiring God (ныне Truth78), предложив богоцентричную альтернативу детоцентричным материалам широкого евангельского рынка. Однако реакция на вызовы эпохи «служения для детей» вовсе не сводилась к одному лишь отторжению. Сегодня даже такие консервативные издательства, как Lifeway и Crossway, включают в свои программы видеоматериалы и выстраивают уроки с учетом психологических особенностей возраста.
• Служение вместе с детьми (с 2010-х). В программах, популярных в церквях, сосредоточенных на Божьем Слове, четко прослеживаются две магистральные темы. В таких сериях, как Gospel Story от New Growth, The Gospel Project от Lifeway и The Biggest Story от Crossway, прежде всего звучит мощный реформатский акцент: детям раскрывают великий библейский нарратив искупительной истории.

Все три упомянутые программы несут на себе глубокий отпечаток движения за семейное служение. Они устроены так, что все возрастные группы воскресной школы каждую неделю разбирают один и тот же библейский отрывок. Цель этой единой сквозной модели — содействовать семейному ученичеству. Когда родители дома открывают материалы для семейного чтения, они могут одновременно закрепить и обсудить пройденный урок как с дошкольником, так и с пятиклассником.

А создатели The Gospel Project от Lifeway пошли еще дальше: они синхронизировали детские уроки с программами для молодежи и взрослых, чтобы укрепить межпоколенческие связи во всей общине. Замысел в том, чтобы пожилая прихожанка, разбиравшая на своем взрослом уроке Книгу Иисуса Навина, могла после службы подойти к сидящей на соседней скамье девушке-подростку и спросить, что та думает о том, как Бог остановил солнце на небе.

Куда дальше будут двигаться учебные программы?

Оглянувшись на пройденный путь детских воскресных школ, невозможно не заглянуть в будущее. В правильном ли направлении мы движемся? Кто станет новой Генриеттой Мирс, новым Эриком Эриксоном или Джорджем Барной? Как изменятся учебные пособия завтра? Я не пророк, но осмелюсь назвать несколько тенденций, которые уже отчетливо проступают на горизонте.

1. Мы продолжим возрождать катехизацию

Хотя я в целом положительно оцениваю влияние социологии на воспитание юных христиан, британские исследователи Робин Барфилд (Юнион / Оук-Хилл) и Гарет Криспин (Клифф-колледж) обращают внимание на скрытые опасности.

Когда сторонники движения детской духовности из либеральных деноминаций возводят сопричастность и идею «служения вместе с детьми» в абсолют, они рискуют зайти в опасные дебри, оторванные от библейской ортодоксии. Некоторые из них видят задачу учителя воскресной школы лишь в том, чтобы помочь ребенку «ощутить присутствие Бога внутри себя», или заходят еще дальше, воспринимая самих детей как «живые таинства и то место, где стирается грань между небом и землей и взрослые могут встретиться с Богом».

В отличие от них, христиане исторического протестантского исповедания стремятся помочь ребенку встретиться с Богом вне самого себя — в Божьем Слове. И главным орудием исторической церкви на этом поприще всегда была катехизация.

Недавно материалы «Нового городского катехизиса» (New City Catechism) от The Gospel Coalition преодолели рубеж в 500 000 проданных экземпляров, а выпущенная издательством Lexham Press книжная серия FatCat также пользуется огромным успехом. Сегодня многие евангельские семинарии возвращаются к исповедальной ортодоксии и классическому теизму, поэтому интерес издателей к катехизису вряд ли угаснет.

Осмелюсь предположить, что программы воскресных школ будущего будут строго следовать структуре классического катехизиса, последовательно охватывая: Десять заповедей (христианская этика), Апостольский символ веры (христианское богословие), молитву «Отче наш» (христианское благочестие).

2. Мы вернемся к формированию христианского характера

Недавно один семейный пастор поделился со мной наблюдением: «Я без труда нахожу для детей прекрасные материалы по богословию, но вот пособий по духовным дисциплинам, благочестивым привычкам или христианским добродетелям практически нет». И он совершенно прав. Да, выходят замечательные детские книги по формированию характера — например, серия TGC Kids или серия издательства New Growth и фонда CCEF «Добрая весть для маленьких сердец» (Good News for Little Hearts), — однако найти основательную учебную программу по воспитанию христианских добродетелей и характера, которая не скатывалась бы в банальный морализм «делай больше и старайся лучше», по-прежнему непросто.

С момента выхода в начале 2000-х годов завоевавшей всеобщее признание книги «Иисус на страницах Библии» почти все программы воскресных школ сосредоточились на христоцентричном прочтении ветхозаветных сюжетов. Как отмечает Джо Картер, «вместо того чтобы видеть героями этих историй самих себя, мы научились видеть Христа как истинное исполнение каждого прообраза».

«Тот факт, что Иисус — единственный истинный Герой всей истории искупления, вовсе не означает, что мы не должны извлекать нравственные уроки из библейских повествований».

Полагаю, воскресные школы будущего снова вернут себе этот важнейший пласт воспитания через изучение библейских образов и практической мудрости.

3. Нас поведет за собой глобальная церковь

Еще одним отрадным плодом внимания социологии к теме сопричастности стало то, что современные иллюстрации в детских пособиях наконец начали достоверно отражать внешность жителей древнего Ближнего Востока. Новаторские рисунки художника Джаго для «Библии в рассказах об Иисусе» задали этот стандарт, и по мере того как американская церковь становится все более многонациональной, возврата к прошлому, к счастью, уже не будет.

Сегодня, в пору смещения центра тяжести мирового христианства прочь от западного мира, я ожидаю, что в будущем дело не ограничится лишь этническим многообразием иллюстраций. Новая Генриетта Мирс или новый Джордж Барна, скорее всего, живут сегодня в Африке, Южной Корее или Бразилии. Близится день (и нам стоит от всего сердца принять его!), когда материалы по воспитанию юных христиан, рожденные в церквях Глобального Юга и Востока, будут переводиться на английский язык и использоваться здесь, в Соединенных Штатах.

За минувшие десятилетия учебные программы воскресных школ проделали огромный путь. Размышляя о том, как нас сформировало прошлое, сохраняйте одновременно трезвость мысли и благодарное сердце. Трезвость — чтобы проверять каждое новое веяние Божьими мерками возвещения Его истины грядущим поколениям. И благодарность — чтобы воздавать хвалу Господу за тех братьев и сестер, которые наставляли вас в вере, в какое бы время и в каком бы уголке земли ни прошло ваше детство.