Не признав своей скорби, мы не сможем ощутить то глубокое утешение, которое приходит, когда мы отдаём свои печали страдающему Спасителю.

Однажды мы заметили, что наличники на дверях как-то странно потемнели. Я решил, что мы просто плохо вытирали пыль. Потом увидели пятна на бетонном полу, и тут нас осенило: в доме плесень! Это привело к настоящему хаосу в нашей жизни. Затем, буквально за несколько недель, наши финансовые сбережения обесценились, жена попала в аварию, а я потерял работу.

Нас мучила тревога о деньгах, страх потерять дом и чувство вопиющей несправедливости. Но главное — нам было грустно. Казалось, мы оказались в непроглядной тьме ночи. Когда пастор спросил мою дочь, как она со всем этим справляется, она ответила: «Мы скорбим. Мы знаем, что иногда нужно чем-то жертвовать ради Евангелия. Но нам всё равно грустно».

Важно удерживать эти две реальности в равновесии: скорбь утраты и надежду на то, что даёт Евангелие. Если мы будем лишь бравировать надеждой, мы не познаем глубокого утешения, которое приходит, когда вверяешь свои печали страдающему Спасителю. Но если мы увязнем в скорби, не видя того, что делает Бог, мы скатимся в отчаяние.

В 21-й главе Откровения Иоанн пишет о нашем будущем с великой надеждой:

«И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего, ибо слава Божия осветила его, и светильник его — Агнец. Спасенные народы будут ходить во свете его, и цари земные принесут в него славу и честь свою. Ворота его не будут запираться днем; а ночи там не будет» (Откр. 21:23–25).

В этом потрясающем описании жизни под неугасимым солнцем Божьей славы скрыт намёк на прежнюю тьму: «…а ночи там не будет». Этой короткой фразой Иоанн признаёт существование непрошеной тьмы страданий. Ранее он описывает Божий суд, поражающий треть светил на небе (Откр. 8:12). Апостол-изгнанник пишет о славе Христа, глубоко понимая, насколько беспросветной может быть жизнь. И всё же он знает: дни ночи сочтены.

Однажды ночи больше не будет. Жизнь станет такой мирной и безопасной, что защитные ворота города никогда не придётся запирать. Не будет ни угрозы потерь, ни боли утрат, ни несправедливости. Только свет.

Благая весть в том, что свет может ворваться в нашу жизнь уже сейчас. Неугасимая слава Иисуса освещает наш нынешний путь, словно луч прожектора во тьме. Если мы доверим Ему свою душевную боль и решимо последуем за Ним, Он приведёт нас к свету вечного города. Хотя это не устраняет мгновенно напряжение между скорбью и надеждой, тьма ночи всё же отступает.

Другая моя дочь заболела ангиной и просидела дома несколько дней. К концу недели мы решили выйти на улицу. Как только мы шагнули под тёплые лучи солнца, она сказала:
— Папа, свет режет глаза.
— Это потому, что ты так долго сидела в темноте, — ответил я. — Когда привыкнешь к свету, увидишь, какой чудесный сегодня день.

Выход из тьмы может быть болезненным и даже пугающим, но, когда мы делаем шаг к свету, наши глаза привыкают созерцать сияние Иисуса, Который дарует нам уникальное утешение и надежду.